Берия Лаврентий Павлович. Немного истории. Часть 3.

В настоящей статье кроме упомянутых, раскрыты причины, вынудившие Г.Хрущева и Ко. убить Л.Берию. В 1953-м Н.Хрущев, вечно боявшийся И.Сталина и Л.Берию, рвался к власти, и с товарищами по партии всячески пытался избавиться от опасного соперника. Официально, арест Л.Берии принято считать началом борьбы с культом личности Сталина. Однако, обязан повториться: не было ареста, было убийство.

Памятуя сталинские уроки, когда Вождь убирал членов политбюро постепенно, Н.Хрущев не осилил иного, кроме примитивного убийства Л.Берии в его доме. Ведь только И.Сталин умел собирать материалы, показания, знакомил с ними прочих членов политбюро, спрашивая их мнения. Затем вопрос выносился на пленум ЦК. Жертву исключали из политбюро, освобождали от должностей, выпроваживали из партии, приглашали к следователю, далее арест и по сценарию.

С Л.Берией сталинский вариант не проходил. Ну не обладал мужиковатый Никита Сергеевич харизмой, заменяя ее и прочие должные качества лицемерием и хитростью. Впрочем, с харизматичным Л.Берией, многие компаньоны Н.Хрущева не чувствовали себя уверенно. Таким нечего было предъявить Л.Берии, однако знали, что у самих рыльце в пуху. Впрочем, и на сегодня фактов, подтверждающих, что Л.Берия готовил свержение партийной верхушки, не найдено. К подобным идеям Хрущёв прибегнул за неимением компромата, и раскручивая их, значительно позже оформит то, что теперь является официальной версией.

Оттого, маршалу Жукову, генералу Москаленко и Батицкому было рекомендовано оставить для истории разнящиеся воспоминания, со своим участием, ибо извести матерого врага народа могут только прославленные герои. О Г.Жукове немного подробнее. Его заслуги перед отечеством очевидны. Вот и американский историк Г.Солсбери, автор «900 дней. Блокада Ленинграда» писал: "Если немцы и были остановлены, то этого добились, пустив им кровь. Сколько их было перебито в эти сентябрьские дни, никто никогда не подсчитает... Остановила немцев железная воля Жукова. Он был страшен в эти дни сентября».
Справедлив и страшен в эти дни – лучше не скажешь. Однако, Жуков загнал себя в опалу своей вспыльчивостью в т.ч., и трофейным делом. Не раз Сталин охлаждал его, советуя не горячиться: «Мы без Ленина обошлись, а без вас тем более обойдемся... Идите работайте, мы тут посоветуемся и тогда вызовем вас»


Жуков был справедливо обвинён в присвоении трофеев и раздувании своих заслуг в деле Победы над фашистской Германией с личной формулировкой И. В. Сталина "Присваивал себе разработку операций, к которым не имел никакого отношения".
Позже, Г.Жуков оправдывался перед Верховным за вагоны вывезенного из Германии добра. Не стану о «коврах и мебелях», но напомню, что на даче у Жукова МГБ при обыске обнаружило 55 картин, которые эксперты оценили как произведения искусства. Полотна описали, изъяли и отправили на склад управделами совмина. Больше о них никто не слышал.

Однако, нам следует помнить, что после взятия особо укрепленных городов, приказы о наказании за мародерство, командующие умышленно подписывали спустя неск-ко суток, давая войскам возможность взять заслуженные и незаслуженные трофеи. Этого требовала война, её правило. Древнее правило победителей, когда полководец отдавал захваченный город своему войску на разграбление. Такие трофеи были оправданы, ведь страна была разрушена, а трофеи в вещмешке занимали не много места.
Бывало, что с ростом военного звания трофейные аппетиты росли. Примером - Г.Жуков, а противоположностью ему был маршал К.Роккосовский, прошедший войну лишь с походным чемоданчиком. "В мае 1945-го года К.Рокоссовский и его войска находились в Западной Померании. Когда стало известно о капитуляции Германии, он собрал генералов штаба 2-го Белорусского фронта и объявил эту радостную новость. Ни криков, ни объятий не было - все молчали. Рокоссовский понимал состояние соратников, предложил всем выйти в сад, присесть на скамеечку и покурить. Вот так, сидя в саду, вспоминая пережитое, Константин Константинович Рокоссовский встретил Победу".

Разумеется, были и официальные трофейные бригады, для сбора и сохранения культурных ценностей. Такие работали с 1945 по 1948 гг.. отправляя в СССР картины, предметы из драгметаллов, и прочие ценные вещи, сдаваемые войсками в местные комендатуры. Так, что объем сбереженных от уничтожения и разграбления вывезенных ценностей примерно известен. "Некоторыми из этих предметов награждались военнослужащие при демобилизации. Например, солдатам выдавались мундштуки, портсигары, трубки, часы, отличникам боевой и политической подготовки - велосипеды, мотоциклы, аккордеоны. Когда в 1946 году началось так называемое "трофейное дело", в числе прочих допрашивали начальника оперативного сектора МВД по Берлину генерал-майора Сиднева, через руки которого прошло много предметов старины. Он подробно рассказал, как военачальники приезжали на склады и выбирали понравившиеся вещи".  Г.Жуков, конечно не пользовался такими складами, но трофеи любил. Так, что и за это был под Сталиным, как под прессом как и Н.Хрущев, спешивший устранить Л.Берию, знавшего мотивы хрущевских  действий. Уверен, что в большей мере страх объясняет, жестокость, чванство и хамство, Н.Хрущева и Г.Жукова в отношении к окружающим их людям. Маршал Жуков, ярый сторонник Хрущева, один из главных участников событий 53-го, писал: «...у меня к Берии давняя неприязнь, перешедшая во вражду. У нас еще при Сталине не раз были стычки. Достаточно сказать, что Абакумов и Берия хотели в свое время меня арестовать. Уже подбирали ключи». "Ключами", Г.Жуков очевидно называл компромат против себя. Касаемо иных воспоминаний  Г.Жукова, о них можно судить по одной лишь лживой фразе: «Первое время после смерти Сталина между Хрущевым, Маленковым и Берия была особенно крепкая дружба.».
После Победы, И.Сталин дал поручение разобраться в трагедии 1941-го, и порочих просчетов генералитета. Проведенное расследование дало возможность ареста ряда генералов. Некоторые получили сроки, иные были расстреляны. Г.Жуков пишет, что Сталин самвел заседание и обсуждал его поведение: «Всего в деле фигурировали 75 человек, из них 74 ко времени этого заседания были уже арестованы и несколько месяцев находились под следствием. Последним из списка был я». Тут Г.Жкуов явно заскромничал, поставив себя последним, ибо был первым в дел, но за талант и военные заслуги лишь понижен в должности, и отправился в Одесский военный округ.

У Н.Хрущева, с присущей ему помпезностью и мужиковатостью, сцена ареста выглядела так. Маленков, председательствовавший на заседаниях Совмина, сразу же обратился к вошедшему Жукову: «Товарищ Маршал Советского Союза, предлагаю вам от имени Советского правительства задержать Берию». Маршал приказал Лаврентию Павловичу поднять руки вверх. Генералы, доставшие спрятанные пистолеты, увели министра внутренних дел в комнату отдыха, расположенную за кабинетом. Позже, тносительно исполнителя «приговора» Хрущев в своих рассказах несколько раз путался. Берию убивал и Москаленко, и Микоян, и даже сам Хрущев.
Неплохой разбор разночтений в версиях здесь.

Иные версии Жукова и прочих «участников» ареста Л.Берии, за ненадобностью, остаются вне этой статьи. Ведь история, это хронология фактов. Все остальное – историография.
Хронология фактов здесь.

promo inet april 4, 17:00 25
Buy for 10 tokens
Испытывая малознакомое острое чувство сопричастности после теракта, люди становятся культурными и отзывчивыми. Вводители пишут маршрут-предложения подвезти. «Не знаю, может слишком много моих знакомых в центре с машинами, а может, просто так совпало, но я вот искренне обрадовалась за всех…